Category: транспорт

Category was added automatically. Read all entries about "транспорт".

1986 год. «Ковель – Москва»

-Дима, пойдём!!! Дима, пойдём!!!
Варвара как-то странно и нудно звала Димку. Ну да, надо бежать в универмаг, соседка Катя сказала, что там выбросили демисезонные сапоги. А Дима не мог оторваться от Ростислава – играл с ним в самолётики.
Варвара взяла Диму крепко за плечо и потрясла.
- Дыма, падыём!!! Падыём, таварищь сырыжант!!!
Дима открыл глаза. Казарма была уже полусветлая. За плечо его трясла не Варвара, а дневальный, рядовой Мухаммадов.
- Ага, встаю.
Collapse )
Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.

Как я провёл днём России

Всем известно, что брэндыбеды России - дураки и дороги.
К дуракам смысла никакого не было ехать. Поэтому поехали к дорогам. Железным. А точнее - в музей железнодорожного транспорта, что расположен на станции "Сеятель" Западно- Сибирской железной дороги.


Collapse )

Вагон



Вагон бежит, бежит, качается,
Колесами считая дни.
В титане кипяток кончается,
В купе кончает проводник,
Кончает с ним его напарница,
Студентка, девка ничего.
Она отличница, ударница,
Семестр третий, трудовой.

Но стоны, вздохи и рыдания
Не испугают никого –
За стенкой пьяная компания
Подняла тост сороковой.
И в такт колесному стучанию
Бокал стучится о бокал,
Пьет безудержно и отчаянно
Командировочный кагал.

Вот эпизодом фильма старого
Суровый, пьяный и худой
Палит в окошко из «Макарова»
Оперативник молодой.
Успешно выполнив задание,
Везет задержанного он,
И глушит жулика рыдания
Стекла веселый перезвон.

Народ притихнет и зажмурится,
Решит – грабеж или война,
В дорогу сваренная курица
Тотчас же будет сметена.
Стрельба закончится с обоймою,
Еда продолжится под мат,
И снеди запахи съедобные
Сортирный скрасят аромат.

В петлицах веточки дубовые,
Под ними белый аксельбант,
Сапожки хромовые, новые –
На дембель катится сержант.
Священный долг отдал отечеству,
Теперь хоть по лбу, а хоть лбом.
О днях геройских человечеству
Расскажет дембельский альбом.

И, как по старой школьной книжице
От пункта «Б» до пункта «А»
По бесконечным рельсам движутся
Мои сограждане и я.
И, словно Николая Гоголя
Героев повестей и пьес,
Навеки с русскими дорогами
Соединило МПС.

Пост № 1



Тридцать пять лет прошло, шутка ли... На фотографии - ноябрь 1978-го года. Ох, и морозный же он был!!! За двадцать минут смены у огня замерзали очень даже.
И всё таки были счастливы.
Несмотря на то, что на дворе были каникулы.
Несмотря на мороз в минус тридцать и ветер. Мы были лучшие, раз стояли у Вечного Огня.
В нашу смену на посту на Затулинке взорвался автобус пятнадцатого маршрута. Как потом выяснилось - рыбак возвращался с рыбалки (ну, или браконьер) с неиспользованным динамитом и он сдетонировал в автобусе. "Голос Америки" в те времена слушали все политически сознательные граждане, поэтому наш военрук, Царствие ему Небесное, Иван Денисович устроил общее построение всех свободных от почётного караула.
Было объявлено, что это происки американского империализма.
А, может быть - китайского империализма. И если Родина доверила нам пост по охране памяти павших в Великой Отечественной Войне, то мы должны удвоить свою бдительность.
Как же крепко потом сжимался пустой рожок автомата Калашникова!!

Воздушная маршрутка



Такие машинки летают на Кабо-Верде между островами. Количество пассажирских мест - 19. Всего на 7 больше, чем у "Газели".
Летал на этом самолётике с острова Сал на остров Фогу и обратно. Надо сказать, что на Фогу делают самое лучшее вино на Кабо-Верде - у винограда, растущего у подножия вулкана, особый вкус. Но я его не привёз. А всё экскурсовод виноват - сказал, что его надо в багаж сдавать, всё по правилам.
Но, оказывается, всё по правилам - с просвечиванием вещей и прозваниванием пассажиров - было только по дороге туда. А в обратный путь пилот просто открыл дверь аэропорта, ведущую на лётное поле, и пассажиры пошли за ним к самолёту. Без просвечиваний и прозвонов. И без вкуснейшего вина с виноградников Фогу.

(no subject)

Еду куда-то на электричке. По городу, в первом вагоне. И тут перед электричкой железную дорогу перебегает маленький мальчик. Какой-то таджичонок. Все охнули, думали, под колёса попадёт. Машинист применил экстренное торможение, мальчик успел перебежать. Но тут его сбивает какая-то Газель и, не останавливаясь, уезжает. Мальчик без признаков жизни лежит на дороге.
Электричка остановилась, народ высыпал из неё. Я достаю телефон, позвонить в милицию. Пытаюсь у народа узнать, где мы находимся. Оказывается - перекрёсток Станционной и Полевой.
А народ на меня набрасывается - зачем звонить? Таджиков и так много развелось, одним меньше стало, а мужику на Газели жизнь испорчу. Но я всё ж таки позвонил. Правда, номер Газели не запомнил, а только то что тент тёмно синего цвета.
Collapse )

Поезд

Поезд шел на восток
Может в Омск, может в Томск.
Скорость где-то за сто,
Только дело не в том.
Проплывали леса,
Чай в титане кипел.
И неслись голоса
Из седьмого купе.

«Так зачем же, чудак,
Ты оставил свой дом?
И уехал куда?
Только дело не в том.
То ли хочешь поймать
Птицу счастья за хвост,
Или просто мечтать
Под стучанье колес?».

«Ты послушай меня –
Птица счастья пустяк,
Просто с этого дня
Понял – что-то не так.
Что-то делать пора,
Сам себе я сказал.
И сегодня с утра
Я пошел на вокзал».

«Это было с утра,
Только, горе мое,
Почему же вчера
Ты оставил ее?
Может, жил не любя,
Только дело не в том -
Потеряла тебя
Она в доме пустом».

«Только дело не в том,
Что любить перестал.
Быть домашним котом
Я немного устал.
До вчерашнего дня
Шкуру льва примерял.
Не теряли меня –
Я себя потерял».

Всем на это чихать,
Наплевать было всем.
Стали крики стихать
Из седьмого купе.
Только дело не в том.
Он лежал и курил.
Путь держа на восток,
Сам с собой говорил.

Доброе начало выходных

Хочешь рассмешить Бога - расскажи ему о своих планах.
Было намерение выспаться сегодня. Но в четыре утра разбудил звонок, с незнакомого номера. А я со смерти отца как-то не люблю ночные звонки. И тут предчувствия не обманули.
В общем, едет микроавтобус по омской трассе, в нем три женщины и три собаки. Скорость невысока - 70 км/ч. И вдруг из темноты возникает нечто, занимающее всю полосу и немного встречной. На встречную уходить нельзя - там едут машины. Удар.
Нечто оказалось бочкой, синего цвета (сливающегося с ночью). Которую перевозил трактор. Без габаритов, светоотражателей и знака аварийной остановке. В момент столкновения трактор вообще стоял, а тракторист беседовал на обочине с приятелем. Трактор от удара перевернулся.
Сработали подушки безопасности. У Татьяны ноги зажаты. Машина дымится. Рядом бьётся ещё одна машина. Следующая машина пытается проскочить по обочине, у неё рвёт камеру - но водитель удерживает машину.
В общем, из машины удаётся вылезти. Рядом останавливаются зеваки. На просьбу дать огнетушитель и знак аварийной остановки (в автобусе он был сзади, а заднюю дверь заклинило) все отвечают - с удовольствием, но нет их у нас.
Две собаки были в контейнере. Таня руками отодрала заднюю стенку, чтобы их оттуда вытащить. Поводков нет - тоже сзади. Намотали на собак ручки от сумок - увели на болото.
Потом приехали гайцы, сказали, что родились в рубашке - будь машина пониже, нанизались бы на острый швеллер, торчащий сзади бочки.
В общем все целы, только у тётки из другой машины сломана рука.
Когда я подъехал, там всё ещё описывали повреждения, потом грузили микроавтобус на грузовик, потом поехали в РОВД, я же с собаками остался в Карибике ждать ночных гонщиц и караулил вторую разбитую машину.
Дома обнаружился ещё один сюрприз - из кошелька пропало 30 тысяч. Пока уводили собак от трассы, возле машины тырсился друг тракториста - скорее всего, он.
Ладно, все живы и здоровы. Жизнь преподнесла мастер-класс. За определённую плату, разумеется.

Чернобыльское

Андрюха Горин пришёл на обед с дежурства на КПП и рассказал – вышедший в палисадник в доме через дорогу мужик прокричал соседу – «В Янове реактор рванул!».
В шестом часу рота вернулась с аэродрома. Рассказали, что на аэродром слетаются вертолёты и транспортники.
В программе «Время» в тот вечер было молчание.
На следующий день на аэродроме продолжались прилёты и вылеты самолётов и вертолётов.
В программе «Время» сказали об аварии и двух погибших.
Вскоре на разводе части было объявлено о подготовке к передислокации во Львовскую область – в случае взрыва второго реактора. Были названы и фамилии остающихся в Овруче (их тут же прозвали смертниками).
Первая мысль, которая пришла в голову на том разводе – за забором находится детский сад – и вряд ли кто-то разрабатывал план его эвакуации.
А жизнь продолжалась. Вроде, умом понимаешь, что безопаснее сидеть за метровой толщины кирпичными стенами казармы. Но – весна, свежая зелень, яблоневый цвет. И прапорщик Лерман, кричащий дембелям – «Скажите дома, что у нас всё прекрасно – прапорщики в футбол играют!».
Ранним утром 7 мая я сел в автобус «Овруч-Киев».
На въезде в Киев автобус остановили и долго обрабатывали каким-то раствором.
Я отправился к авиакассам на площади Победы. Вся площадь была заполнена людьми – очередь в авиакассы.
Ловить тут нечего – надо идти на ж/д вокзал. Но и там ситуация не лучше. Встретил адыгейца Такахо с метеостанции – он демобилизовался на сутки раньше меня, и сутки эти провёл на вокзале. В помятой парадке, без чемодана – украли ночью.
Ладно – возвращаюсь обратно в часть. Не выгонят, поди.
Взял билет на электричку и через два часа вышел на перрон станции Коростень. По громкоговорителю объявляют – «Поезд «Хмельницкий – Москва» прибывает на первый путь». Для очистки совести подошёл к кассам и спросил – «Есть билет на этот поезд?». Есть.
И вот, ещё через два часа в полупустом вагоне я снова в Киеве. Боже, что творилось на перроне! Мне это напомнило кадры из фильмов о гражданской войне, точнее об эвакуации из Крыма.
Люди штурмовали вагоны, отталкивая более слабых. Шум, крики, плач. Вагон моментально заполнился и проводники с трудом закрыли дверь – народ продолжал идти на штурм.
Со мной в купе до Москвы ехал мужчина лет тридцати. Дезертир. Призвали через военкомат на ликвидацию аварии. Говорил – боялся спиться. Трезвым там работать невозможно, пьют все.
В поезде «Москва-Новосибирск» моими соседями по купе так же были сорванные с места Чернобылем. Чета пенсионеров, только приехавших отдыхать в санаторий под Киевом – места нужны были людям из зоны отселения. И женщина из Минска, возвращавшаяся к родителям в Новосибирск. Рассказывавшая, как дружно все вышли на первомайскую демонстрацию. А после всем беременных со сроком до 12 недель настоятельно рекомендовали сделать аборт. У моей попутчицы беременность была на большем сроке.
Всего-то и прожил я десять дней в ста километрах от аварии, да трое суток провёл в дороге с людьми, которых она чуть опалила.
25 лет прошло. А помнится, как вчера.