?

Log in

No account? Create an account

Каждый пишет, что он слышит

каждый слышит, как он дышит, как он дышит, так и пишет, не стараясь угодить

Dog in black
lery63
Сантлаурис Мираж



Read more...Collapse )

В церкви
lery63
Сегодня был с сыном и с мамой (моей, не Роминой) в Сузуне.
Надеюсь, опубликую пост о посещении Сузунского монетного двора позже.
Пока же краткая зарисовка.
Мама решила зайти в церковь.
Заходим втроём, мама в лавке покупает свечи, мы с Ромой рассматриваем иконы.
Мама пошла ставить свечи, Рома с ней, я направляюсь к выходу.
Заходит прихожанка, подходит к алтарю, целует распятие. Громкий возглас ребёнка
- Эй, ты что творишь???!!!
Мама моя ему что-то тихо объясняет, опять возглас ребёнка
- Тогда я тоже хочу!!!!
Ребёнок целует распятие. Занавес.
Tags:

Бабье лето
lery63
1
Read more...Collapse )

55. Двойной отличник
lery63

Черно-желтый Франкфурт
lery63
Из книги Сергея Хелемендика "Мы их ..."

В октябре 2002 года я после четырехлетнего перерыва посетил книжную выставку-ярмарку во Франкфурте-на-Майне. Главное впечатление от выставки — на весь «Восточный блок» мировой книгоиздательский бизнес положил с прицепом. Один полупустой павильон, где на 50-миллионную Украину нашлось примерно четыре квадратных метра площади. Рядом с турками, курдами и греками.

Российская эскпозиция отличилась тем, что привезла вывеску два на три метра в виде трехцветного флага. Под вывеской поставили компьютер, за компьютером сидела бабенка и смотрела как полагается — волчицей. И больше ничего, не было даже стульев. Наши издатели сидели краешками задов на полках для книг, являя собой живую иллюстрацию к выражению «хуй на жердочке».

Главные впечатления от самого Франкфурта — столько сволочи, сколько можно увидеть во франкфуртском трамвае за одну поездку, в московском метро не увидишь за полгода.

Турки, курды всех видов, какие-то паломники в белых халатах, индокитайцы — и все сволочь. Албанцы косовские, македонские и прочих разновидностей на каждом шагу. Так обнаглели, что в центре города играют в три наперстка, как когда-то в Москве в Южном порту. Вся эта интер-сволочь как будто чего-то ищет или ждет. Им всем почему-то нашлось место в трамвае самого богатого города Германии.

Там остро не хватало нас. Особенно не хватало нашей сволочи, которая местную расставила бы по местам. Как в Праге или Будапеште.

Наши зажравшиеся европейские братья вот-вот приползут к нам на коленях с мольбой подбросить им нашей сволочи. Как можно больше и сразу. Каждому нашему бандиту выпишут по ордену Почетного легиона — только спаси, браток, дай отдышаться от напора черно-желтых пришельцев, нашедших в Европе благоприятную среду для обитания и размножения.

На остановке трамвая во Франкфурте стояла то ли кампучийка, то ли тайка — страшненькая, наверное, забракованная даже невзыскательными местными борделями, с коляской, в которой сидел полубелый ребенок. Умный франкфуртский трамвай не только открыл перед ней двери — опустилась специальная платформа, на которую нужно было закатить коляску.

Наша желтая сестра не повела даже глазом — будет она коляску на платформу закатывать, если у нее дитё полубелое!

Единственный во всем вагоне немец, сосредоточенно сосавший из банки пиво, подхватился с места, выскочил на улицу и занес коляску с полубелым ребенком. Желтая сестра, как ни странно, поднялась по ступенькам сама. То есть не стала ждать, пока немец занесет и ее.

Потом немец застенчиво сказал «битте», на что будущая хозяйка Европы снова не издала ни звука. Не нужен ей во Франкфурте немецкий — это они, немцы, пусть по-индокитайски учатся.

Перед городской ратушей Франкфурта собралась свадьба — местные говорят, самая что ни на есть типичная. Жених был немец, парнишка лет тридцати вполне товарного вида. У нас в Саратове ему бы отбоя не было от баб. Невеста снова из Индокитая, с двумя индокитайскими детьми. Судя по наличию детей, невеста была не вполне девственная. Что в их родном Индокитае не везде одобряется, а вот во Франкфурте проходит на ура.

Счастливый немецкий папа уже готовых индокитайских детей млел от тихой радости. Родственники стояли с обеих сторон врачующейся пары, при немце — немецкие, при индокитайке — индокитайские. Никаких речей, поскольку языки у всех стояли барьером. Все молчали и улыбались.

«Наши упитанные европейские братья уже всё просрали!». Это заключение я повторял много раз, гуляя по главному франкфуртскому бульвару под названием «Цайл». Они уже закончили свое существование в истории, их уже нет. Пока они сидят в своих банках и считают хрустящие бумажки, их улицами овладели заторможенные от многовекового пещерного инцеста албанцы, счастливые от возможности разбавить наконец свою не в меру густую кровь.

Франкфуртский «Цайл» в октябре 2002 года представлял собой картину геополитического поражения наших упитанных европейских братьев. В густой толпе этнических немцев нужно было отыскивать взглядом, и эти найденные немцы были тоже похожи на сволочь.

Недалеко от вокзала франкфуртская полиция поймала подозрительного. Трое рослых полицейских и две девицы всей командой обыскивали веселого негра. Полицейский в черных перчатках шарил у негра в штанах, девицы вдвоем прощупывали грязный рюкзачок, еще один полицейский рассматривал ветхие документы негра и еще один говорил что-то по рации.

Негр возбужденно хихикал, с руками за головой переживая попытки полицейского в черных перчатках найти в его штанах что-нибудь криминальное.

«Если вы по пять человек будете ходить на одного негра, вам скоро придется всех немцев призвать в полицию!» — подумал я.

Потом обысканного негра поставили к стене, разрешили опустить руки и двое полицейских по очереди стали говорить ему что-то, наверное, очень смешное. Потому что негр хохотал без остановки. Он не боялся этих рослых немецких парней в зеленом. А девицам-полицейским, кажется, советовал на будущее тоже покопаться в его штанах, и не обязательно в перчатках. Негр еще не вполне проникся духом эпохи и выглядел допотопно гетеросексуальным.

Ему вернули его мятые бумажки и отпустили. И пошли все впятером ловить следующего негра. Чтобы снова пошарить у него в штанах и отпустить. Достойное занятие.

Наши упитанные европейские друзья обошлись без своего Горби и даже без перестройки. Вавилонское смешение народов на улицах их городов только начинается. Они не понимают пока, что случилось. И уж совсем не понимают, что никаких демократических или хотя бы мирных решений случившееся не имеет.

Еще недавно благородная и аристократическая «Кайзерштрассе» во Франкурте-на-Майне сегодня представляет собой притон под открытым небом, где бордели, наскоро сварганенные албанскими жертвами сербского геноцида, чередуются с вонючими буфетами с кебабом и гиросом. Это не просто надолго, это навсегда.

У наших зажравшихся европейских братьев нет инструментов для того, чтобы выгнать албанских пришельцев. А вот у албанцев инструментов достаточно — героин, белое мясо, рэкет.

Такая вот яркая деталь. Еще недавно «Макдональдсы» в городах Западной Европы обслуживали, как и было задумано, местные тинэйджеры. Потом среди них стали появляться наши черно-желтые братья, в основном почему-то индусы. Сначала единицы, потом группы, потом вдруг «Макдональдсы» перешли безраздельно к индийскому персоналу со всеми вытекающими из этого последствиями — медлительностью, грязью и бесконечным почесыванием всего, что чешется. После чего этими же руками вам подают еду. В Индии так принято.

Почему бесправные, забитые и угнетенные индусы, как змеи проползшие через полмира, чтобы вынырнуть где-нибудь в Судетских горах, выжили всех остальных из «Макдональдсов»? Потому что их много, они дешевые и их совершенно не занимают права человека, свобода и демократия, вместе взятые. Обо всем этом они разрешают заботиться местным. Но, придя раз, они не уйдут, уйдут изнеженные местные тинэйджеры.

Почему они же, индусы, стали водить автобусы и трамваи в немецких городах? Потому что наши упитанные братья зажрались. Им кажется недостойным носить тарелки в ресторанах и водить трамваи. А нашим черно-желтым братьям мыть тарелки в Вене или Мюнхене кажется занятием благородным. Вот и все, вот и обещанный закат Европы.

Мы объебем их, потому что в московских «Макдональдсах» наши подростки черно-желтых братьев не пускают на свои места и не пустят.

Мы вообще проще. Если мы решим, что азердбайджанцев в Москве стало слишком много, мы попросим некоторых из них уехать — и они уедут.

По-другому обстоят дела у наших зажравшихся европейских братьев. Скоро черно-желтые пришельцы попросят уехать их — куда-нибудь, чтобы не мешали мыть посуду и водить автобусы. Вот тогда мы с нашими европейскими братьями и поговорим.


Я на тебе никогда не женюсь....
lery63
Раньше весь процесс познания мира проходил через призму будущей семейной жизни.
Электрик делает новый ввод в дом и забирается на столб.
- Папа, дай я посмотрю. А то жена попросит меня залезть на столб, а я не умею. Она и заплачет.
Будущая жена очень требовательная женщина. Помимо лазанья по столбам от мужа требуется жарить яичницу, производить сварочные работы, разжигать печь в бане, проверять масло в двигателе.
Первый классCollapse )

Осенних щенков пост
lery63
A65A9509

И ещёCollapse )

Науку - в производство
lery63


Академик Абел Аганбегян в гостях у директора "Сибэлектротерма" Виталия Мухи.
Еще далеко до перестройки. Никто из присутствующих и предположить не мог, что в Новосибирской области будет губернатор и что он сидит в этом кабинете.
Кстати, пепельница еще 5 лет назад была целой и невредимой:)

Особенности национального русского ремонта
lery63
В этом году на работе пора ремонтов. Крыша, забор, асфальт.
Приехал азербайджанец Дима смотреть фронт работ. Спрашивает - "А что, крышу у вас русские делают?"
- Да.
- Долго они вам ее делать будут.

Интересно, как он догадался? Как в воду глядел.

Приятного аппетита!!!
lery63

и далееCollapse )